За рамками будней

«За рамками будней»
Пульс Ивантеевки, №140 (1012)

«Для начала уясните, что Паша Захаров отнюдь не директор магазина «Ива», и вообще любое директорство мне совершенно не важно», — предупредил Павел Алексеевич.

«Не хотите быть директором и не надо! – молча недоумевала я. – Одни только и мечтают, как бы стать или пусть прослыть хотя бы каким-нибудь заведующим, а этот – директором быть не хочет! Заставлять не будем…»

Потом я исподволь и открыто старалась заставить собеседника хоть как-то «выдать» и обозначить себя: новый русский? старинный русский барин? или…?

Мои попытки социальной или любой другой идентификации Захарова остались тщетными. Сам Павел Алексеевич только и смог сказать: я – трудяга… А для себя я открыла, что Захарова ни в какие рамки обыденности, житейского, общепринятого не «загнать». Несомненно то, что он человек духовно одаренный. Его «информационное (энергетическое) поле» сметает границы усредненной скучной нормы. Захаров – человек широкомасштабный. Какой уж тут директор в самом деле! Он универсален: общественный деятель, политик, бизнесмен, инженер, ученый, изобретатель, целитель, творец, философ. Свой талант Захаров вкладывает не столько в какое-то конкретное – пусть даже и большое – дело, сколько в саму жизнь.

Если я права, и в нем действительно есть хоть толика духовного величия, то оно вовсе не от уродливого EGO, как у некоторых местных «великих и ужасных». Его движущая сила в другом: в всеобъемлющей, благодарной и деятельной любви к жизни. Он понимает и чувствует во всей полноте бесценность этого Божьего дара.

Мы говорили с Павлом Алексеевичем шесть часов «чистого времени». Обо всем, но только не о нем самом. Он уводил меня от личных вопросов, и без напряжения и устали, вдохновенно говорил о замечательных людях, с кем дружен и кого любит, о Родине и ее судьбе, об искусстве и науке, о психологии общения, о животных, о времени, о городе – все сказанное не вместить в интервью. К тому же Павел Алексеевич был против записи разговора на диктофон или в блокнот: «Не надо ничего записывать, да и публиковать тоже…». Поэтому я ушла после «интервью» практически с пустой пленкой и чистым блокнотом. Но на душе у меня стало светлее.

— Павел Алексеевич! Всякая дата – повод для подведения итогов. Назовите самые крупные свои победы.

— Прежде всего, это победа над своим тяжелым недугом – псориазом. Вторая – участие во втором Пражском международном конгрессе управления бизнесом Европы в октябре 1990 года (первый состоялся в 1924 году также в Праге). Следующий успех: в августе 1997 года я был избран членом президиума Российской ассоциации врачей и целителей. Также для меня очень важно соавторство в разработке компьютерного диагностического медицинского комплекса ЭКСИ (это изобретение имеет лицензию Минздрава России). Вообще для меня всякая победа – это преодоление безверия, торжество духа и мысли, а не какие-то материальные приобретения.

— Расскажите о своих родителях. Празднуя свой день рождения, люди первый тост поднимают именно за родителей.

— Мои родители живут в нашем городе. Сейчас они пенсионеры. Это истинное счастье, что совсем рядом бьются сердца людей, которые любят друг друга, которым ты дорог и нужен, и которых еще больше любишь ты сам. Их забота, участие и поддержка для меня очень важны.

На долю родителей выпали тяжелые военные годы. Мама – четырнадцатилетней девочкой, ученицей второй школы, суровой осенью 41-го рыла вместе со своими сверстницами противотанковые траншеи под Вязьмой. Потом – завод по производству полевых кухонь, ежедневные многочасовые переезды на «кукушках» в Москву и обратно, чтобы, немного отдохнув, вновь и вновь с кузнечным молотом в руках «ковать долгожданную Победу». Сразу после войны она вошла в коллектив «Дзержинки», где более 20 лет проработала поммастера 2-го швейного цеха. Здесь она и познакомилась со своим будущим мужем – моим отцом, который покорил не только пол-Европы (о чем свидетельствуют боевые награды с названиями почти всех ее столиц), но и сердце самого для меня дорого и любимого человека.

Я – коренной ивантеевец. Мое детство прошло в районе, который носит название ФУБРы. Многие, наверное, не знают сегодня, что означало это название. Но люди, жившие в бараках, где на двадцать семей был один туалет, да и тот на улице, с трепетом в сердце и со слезами на глазах въезжали в коммуналки кирпичных домов Фонда Улучшения Быта Рабочих. Улице дали название Трудовая.

— Вы религиозный человек?

— Скорее верующий, чем религиозный. Мне вообще кажется, что неверующих людей нет. Это они, самоутверждаясь, думают, что не верят. Я же верю, что есть Вселенский Разум – Начало, постичь который, наверное, невозможно. Для себя я определяю Это как Вселенскую Совесть. И что бы мы ни делали – тайное или явное, за все нам придется держать ответ. Дело только во времени – кому-то раньше, кому-то позже, а время, как известно, понятие относительное.

— Что для Вас имеет ценность в этой жизни?

— Для меня в жизни самое интересное и важное – это человеческое общение, вера в друзей и любовь. Все остальное – суета, детская карусель, бег по кругу. Каждый день для меня – это эпоха, если в нем есть то, о чем я сказал.

— Вы идеалист?

— Человек видит реально окружающий его мир таким, каким позволяет воспринимать ему этот мир его же собственное восприятие. Подчас от неумения прислушиваться к самой природе человек, считая себя выше ее, начинает разрушать ее, не задумываясь о последствиях, губительных для него самого.

В современной науке о Человеке, в том числе и в медицинской, на мой взгляд, немало ошибочного, идущего от ограниченного и низкого уровня познания Мира… Жизнь летит с неимоверной скоростью. И если раньше я этого не замечал, то теперь чувствую это ежесекундно. Именно поэтому хочется сделать как можно больше. Приблизившись к истине, поделиться полученными знаниями, наблюдениями, размышлениями, чувствами.

— Вы могли бы коротко сформулировать, чем Ваши представления (как целителя) о человеке отличаются от взглядов ортодоксальной медицины?

— Прежние взгляды на организм как на конфедерацию относительно независимых систем и органов должны уступить место комплексному, интегральному подходу к человеку как к сложной социально-биологической системе, являющейся одновременно подсистемой ноосферы и целостной планетарно-космической системы. Я понимаю, что любая официальная структура по своей сути крайне консервативна, а здравоохранение особенно. Но мне радостно, что путем дискуссий, в спорах рождается истина. Побеждает здравый смысл: опыт традиций, подчас опирающийся на эмпиризм и передающийся из поколения в поколение, сочетается с наиболее эффективными и апробированными методами и приемами официальной медицины.

— В чем же конкретно состоит Ваша методика?

— Я стремлюсь вселить в больного уверенность в самого себя, мобилизовать его собственные силы для преодоления недуга, для самолечения (а не для «самолечения»), повышая мотивацию человека к выздоровлению. Когда мой пациент, не согласившись с приговором официальной медицины, сам ведет «историю своего выздоровления» (а не болезни!), следуя путем назначенных мною диеты, физических упражнений, психокоррекции, фитотерапии, мобилизовав свою волю и Веру, он не только преодолевает болезнь, но и возвращается к активной жизни.
С помощью компьютерного комплекса ЭКСИ поставив точный диагноз, определив первопричину заболевания (подчас очень тяжелого), назвав точно день и час его начала, мы с пациентом приступаем к устранению самих последствий, то есть непосредственно к лечению организма в целом. <…>

— Павел Алексеевич! У Вас есть присказка «Слава труду!». Это дань прошлому, или Вы вкладываете в этот лозунг какое-то свое значение?

— Прежде всего следует дать определение слову «труд». Труд – это работа, занятее, дело, то, что требует усилий, старания, прилежания, заботы, напряжения телесных, нервных и умственных сил. В моем представлении, труд обязательно должен быть полезным для общества. Только тогда я приветствую этот труд: «Слава!». И это жесткое требование общественной полезности я предъявляю прежде всего к своей собственной деятельности.

Подготовила И.ТЕЛИНА